Ульяновский драматический театр имени И.А. Гончарова

Театровед, экономист, организатор…

«Деловое обозрение»
№ 2. 2011г.

Театровед, экономист, организатор…

Наталья Александровна Никонорова

Образование: окончила театроведческий факультет ГИТИСа им. А. В. Луначарского (ныне — РАТИ) по специальности «экономика и организация театрального дела».

Карьера. В областной театр драмы пришла в январе 1973 года. Начинала помощником режиссера, затем работала завтруппой и заместителем директора по организации зрителя. В конце 80-х-начале 90-х годов создала при ульяновском театре и возглавляла Театрально-культурный центр.

С 1992 года — заместитель председателя Ульяновской региональной организации СТД РФ. Параллельно с основной деятельностью с 1993 по 2005 год была главным редактором театрального приложения к «Народной газете» и автором телевизионной передачи «Актерский дом». Автор одноименной книги, выпущенной к 200-летию Ульяновского театра драмы в 2006 году.

С мая 2002 по декабрь 2006 года работала главным редактором газеты «Вестник» Ульяновского государственного университета.

С февраля 2007 года - директор Ульяновского драматического театра имени И.А.Гончарова.

В 2001 году отмечена Почетным Знаком «За достижения в культуре» Министерства культуры и массовых коммуникаций РФ. Неоднократный лауреат региональной театральной премии «Лицедей».

Семья. Дочь — Анна Вершина, тележурналист, живет и работает в Санкт-Петербурге.

«Мне часто везло», — говорит Наталья Никонорова, директор Ульяновского драматического театра имени И.А. Гончарова, подразумевая цепочку событий-совпадений, которая в итоге привела ее в театр — центр всей ее жизни. Но вряд ли дело только в везении.

Дебют в учительской

Мои родители были талантливые люди и талантливые родители. Они воспитывали меня как японского ребенка - лелеяли во мне личность. В пять лет я уже умела читать и писать, а поскольку все мои друзья были старше и уже пошли в школу, я решила тоже пойти учиться. Сама пришла к директору 33-й школы Михаилу Васильевичу Винокурову (это была легендарная личность!) и сказала: «Вы директор? Меня зовут Наташа Никонорова. Мне пять лет, но я уже готова к школе». Михаил Васильевич дал мне «Учительскую газету», и я с выражением стала читать передовицу. Тогда он вывел меня в учительскую: «Давайте обсудим…»

Это сейчас дети идут в школу в шесть лет, и никого это не смущает. А тогда было не принято. После «просмотра» Винокуров сказал: «Мы принимаем тебя в первый класс… Но с условием, что ты будешь учиться на одни пятерки». Он действительно отслеживал мою учебу, часто спрашивал, как дела, хвалил за успехи.

Я закончила школу очень рано — в 15 лет, 16 мне должно было исполниться только в октябре. Из-за возраста вузы не рассматривали меня как абитуриента.

Честно говоря, сначала хотела связать свою жизнь с кинематографом, быть режиссером. И даже поехала с папой после школы во ВГИК. Экзамены принимал Сергей Аполлинариевич Герасимов. Великий режиссер (чье имя теперь носит кинематографическая альма-матер) провел собеседование и сказал, что мог бы взять меня на отделение актерского мастерства, но с режиссурой не получится - нереально в этом возрасте. Я отказалась и даже обиделась. А могла бы учиться рядом с Наташей Белохвостиковой... Я тогда с ума сходила по фильму «У озера».

Вернувшись в Ульяновск, пошла на телевидение и сказала, что хочу работать в детской редакции, принесла свои проекты... Вообще, мне везде везло: меня взяли на ставку помощника режиссера — девочка, которая ее занимала, ушла в декретный отпуск. Мы делали детские передачи и сотрудничали с актерами драмтеатра, среди которых был и Александр Александрович Чуйков — замечательный артист и муж главного режиссера театра драмы Веры Андреевны Ефремовой.

А когда «девочка» вышла из декрета (она оказалась Наташей Осиповой, дочкой бывшего директора театра — словом, театр тут забрезжил вовсю) и мне пришлось уволиться с телевидения, Александр Александрович похлопотал за меня перед Верой Андреевной. И она взяла меня на должность помощника режиссера. Так началась моя театральная карьера.

Недавно мы были в Твери. Вере Андреевне уже за 80. Она народная артистка СССР, художественный руководитель и главный режиссер Тверского академического театра драмы, лауреат государственной, ленинской премий, фигура очень заметная на театральной орбите. Но до сих пор очень тепло вспоминает свою жизнь в Ульяновске. Именно Вера Андреевна определила миссию нашего театра как театр высокой драматургии. Она любила ставить классику, и спектакли были очень серьезного уровня. Ефремова привезла в Ульяновск актеров, которые составили основу нашей труппы, — Бориса Александрова и Зою Самсонову… С ней начинали свой творческий путь Клара Шадько и Алексей Дуров.

Когда в ноябре мы собирались на театральный фестиваль «Тверское Золотое кольцо», Вера Андреевна попросила, чтобы привезли спектакль, в котором играли бы все ее любимцы. Мы решили показать постановку «Правда хороша, счастье лучше», и она приветствовала нас после спектакля. Вообще, фестивальные встречи питают — много на них завязано… Ведь театральные связи — не деловые и даже не дружеские, а родственные.

Кем вы себя мыслите

Я проработала в театре шесть лет, прежде чем получила специальное образование. А образование у меня уникальное. В 1980-м году я закончила ГИТИС — так раньше называлась Российская академия театрального искусства. В дипломе написано: «театровед, экономист, организатор театрального дела». Потом это стало называться «менеджер театра».

У нас преподавали легендарные личности — Геннадий Григорьевич Дадамян, известный социолог театра, у которого учились все лидеры театрального менеджмента, Юрий Наумович Орлов — нынешний заведующий кафедрой РАТИ и другие.

Как-то на фестивале в Белгороде, во время актерских посиделок после нашего спектакля «Король Лир» я предложила тост за Дадамяна, за Учителя. И вдруг весь огромный стол, за которым сидели руководители разных театров, зашумел: «Мы все - его ученики». За 30 лет нас набралось много, а тогда мы были эксклюзивным, первым выпуском. Среди моих соучеников Давид Смелянский — продюсер театра Калягина и многих международных театральных проектов, Валентина Панфилова — директор Московского театра Моссовета…

Помню, когда я поступала в ГИТИС, на собеседовании Дадамян спросил: «А кем вы себя мыслите? Администратором театра?». «Нет», — сказала я. «Заместителем директора?» «Нет…» «Директором?» - «Пожалуй». Члены комиссии хохотали неимоверно. Но в итоге ведь так и получилось, я тогда предрекла свою судьбу. В этом году исполнится 38 лет с тех пор, как я пришла в театр…

Директор — это…

…человек, который организует работу театра так, чтобы творческий процесс шел бесперебойно, чтобы все творческие амбиции были реализованы. Так я вижу свою миссию директора театра.

Меня удивляет, что с завидным постоянством, раз лет в семь, на авансцену общественной жизни выходит обсуждение темы «Может ли культура зарабатывать?». Что рассуждать? Меня этому учили. Театр — это то же производство. Это бизнес. Да, для меня, как для директора, это бизнес. Потому что мы должны соответствовать спросу, должны быть востребованными, успешными. Мы существуем в условиях рынка. Где деньги? Деньги в театральном зале. Значит, мы должны добиваться, чтобы сюда приходило как можно больше зрителей и чтобы наши спектакли им нравились. Это не значит, что нужно ставить только «пуповые» комедии. Я категорически против этого. Но надо внимательно и увлеченно работать со зрителем. Мы, например, три года назад ввели «Золотые абонементы» для посещения премьер и «Серебряные» — для обычных спектаклей. Их обладатели выбирают себе место в зрительном зале на весь сезон.

Помню, два года назад я пережила настоящий шок, когда увидела, что накануне премьеры на малой сцене билетная книжка лежит нетронутая: «У нас премьера, а билеты лежат! Что это значит?». Мои молодые замы говорят: «Наталья Александровна, все заказано по Интернету». Я поверить не могла, что такое может быть. Утром в день премьеры звонит директор департамента культуры: «Что это за «забастовка» у вас на малой сцене?». А там в девять утра уже стояла очередь, чтобы выкупить билеты на вечер. Значит, людям удобно заказывать билеты по Интернету. Теперь мы хотим, чтобы наши билеты можно было и покупать по Интернету, как покупают билеты авиационные или железнодорожные. Раз нашим зрителям это удобно, значит, будем это делать.

Мой прямой телефон есть во всех справочниках. И мне фактически приходится работать еще и консультантом: отвечать на звонки, рассказывать, про что спектакли, кто играет и почем билеты. И я подумала: «Стоп. Что я делаю? Если на это есть спрос, значит, надо вводить в штат должность консультанта, который бы отвечал по телефону на все эти вопросы». И мы вводим такую должность.

Проектов, планов — масса. Например, уже в конце сезона открываем в театре детскую комнату, потому что молодым родителям порой просто не с кем оставить ребенка. Есть же такие комнаты в кафе, в торговых центрах. Так почему нет в театре?

Еще мечтаю открыть театральный магазинчик, где продавалась бы литература о театре, видео-коллекция наших спектаклей, где можно было бы заказать оригинальные костюмы. У нас замечательная пошивочная мастерская. Все хотят одеваться в наши костюмы на городские празднества, гуляния и просят их напрокат. Если это востребовано, значит, нужно специально пошить сто штук «Дедов Морозов» и сто штук «Снегурочек»…

В автономном плавании

Грядут большие перемены: учреждения культуры постепенно переходят в статус автономных. Эту тему обсуждают пока очень осторожно. Больная тема. А мы уже два года в автономном плавании. Ульяновский драматический театр первым в Поволжском регионе и третьим в России ступил на эту стезю. Мы пошли на этот шаг, потому что почувствовали большую поддержку региональной власти. Нам выделили немалые средства на ремонт малой сцены и зрительской части театра. Помню, Юрий Семенович Копылов (экс-худрук театра драмы. — Ред.) очень нервничал, что не успевает выпустить «Короля Лира» к открытию тетра после ремонта. А я ему говорила: «Не волнуйтесь. Два месяца к нам будут ходить, чтобы просто посмотреть на наши люстры и лепнину». Так и было: люди шли в театр и наслаждались его обновлением, этой удивительной атмосферой.

Уже решен вопрос о летнем ремонте сцены и закулисной части. Мы практически каждый месяц принимаем театры со всей страны, столичные — в том числе. На последнем фестивале «Герои Гончарова на современной сцене» у нас был и МХТ имени Чехова и театр из Берлина. Принимать таких гостей в наших технических условиях становится расходным делом. МХТ, например, потребовал, чтобы сцену застелили специальным покрытием. И мы застилали, а потом снимали, потому что наши спектакли на него не ложатся. А световые приборы привозили из другого города. Это технические нюансы, но и «звоночки»: пора делать современную сцену. На реконструкцию сценического оборудования потребуются серьезные финансовые вливания, и руководство региона это прекрасно понимает и готово помочь.

Власть в театре, театр во власти

Мне пришлось какое-то время работать заместителем директора театра еще при Геннадии Васильевиче Колбине. Он был большим театралом, начитанным человеком и революционером в хорошем смысле слова. Геннадий Васильевич устраивал для партактива театральные вторники. И мы к ним готовили специальную программу, если не спектакль. Все руководители с женами, с семьями покупали билеты, приходили и смотрели. А потом Колбин привлекал народ к обсуждению: «Иван Иванович, а как вам финал спектакля? Мне кажется, в пьесе по-другому написано…». И бедный Иван Иванович обливался потом: «Какой финал? В какой пьесе?». А мы запасались книгами, печатали тексты пьес в пять пар рук, чтобы «аппарат» имел возможность заранее ознакомиться с материалом и обсуждать драматургию на одной волне с первым секретарем обкома. Кстати, Колбин первым сказал, что здание театра надо перестроить, но…

К сожалению, так сложилось, что о культуре традиционно вспоминали в последнюю очередь, а финансировали - по остаточному принципу. А сейчас все заговорили, что необходимо поворачиваться в сторону культуры, потому что за техническими достижениями мы как-то забыли о человеке, о его духовном развитии. Я считаю, что планы нашего регионального руководства в отношении культуры опережают этот процесс в государстве. По инициативе губернатора Сергея Морозова наша область в конце прошлого года заключила соглашение о сотрудничестве с Министерством культуры РФ. Я была в числе людей, которые присутствовали при подписании этого документа. Министерские работники удивлялись: чтобы регион был заинтересован и выстраивал отношения с конкретным министерством? Ни один регион в России пока до такого не додумался.

Мне повезло присутствовать на заседании Комитета по культуре Государственной Думы по поводу нового законодательства, и министр культуры России Александр Алексеевич Авдеев отметил, что ни один регион не решает жилищных вопросов с тех пор, как жилье стало коммерческим. Только в Ульяновской области губернатор дает актерам квартиры.

Сергей Иванович очень любит наших актеров и считает их достоянием региона. Наши актеры третий год отдыхают в Турции за счет бюджета области и города. Да, мы делаем все для того, чтобы быть успешными, но поддержка власти нам необходима, особенно - в перестроечный момент, который мы сейчас переживаем.

О перестроечном моменте

За несколько лет мы потеряли восемь опорных актеров - центровых. Ушла из жизни Алла Бабичева — «героиня», как говорили в старом театре. И ей нет замены. Сошли спектакли, в которых она играла. Ушел из жизни первый артист нашей труппы Борис Владимирович Александров. Это тяжелый удар, от которого театр до сих пор не оправился. Многие из ведущих актеров теперь работают в Москве…

Оставил пост художественного руководителя и стал президентом театра Юрий Семенович Копылов. 22 года серьезного творчества связано с этим именем. Копылов задал театру высокую планку, которую мы сейчас все вместе, как атланты, стараемся удержать.

Но как бы сложно не было, я как оптимист, вижу в этой ситуации и положительные моменты: перемены стимулируют творческий процесс. В театре работают мощные мастера, каждый из которых — наша слава и гордость, у нас есть хорошая молодежь. А то, что наши артисты востребованы в Москве и могут составить конкуренцию столичным звездам — тоже, в конечном итоге, нам в плюс. Конкурс на вакантную должность главного режиссера, который мы объявили, показал, что о нас знают и с нашим коллективом хотят связать свою творческую жизнь интересные режиссеры, столичные, в том числе. Из 14 претендентов худсовет отобрал четверых. Сейчас они готовят спектакли…

Наша сила в том, что у нас крепкая труппа, и мы в зоне внимания власти. Ни в одном регионе театр не получает такой поддержки. Разве что в Пермском крае, где режиссер Мильграм был сначала министром культуры, а сейчас - правая рука губернатора. И претенденты на место главрежа в нашем театре знают цену этому вниманию. В первую очередь они задают вопрос: «Это правда, что губернатор области серьезно заинтересован в театре?».

Столичные амбиции

Как я отношусь к проектам «Ульяновск — культурная столица СНГ» и «Ульяновск — культурная столица Европы»? Очень позитивно. Амбициозные проекты инициируют развитие, работу. Кто-то это понимает, кто-то нет. Кадровый конкурс на пост министра искусства и культурной политики, который состоялся в Ульяновской области, показал, что специалистов революционные перемены вдохновляют. Соискатели заинтересовались регионом, потому что чувствуют, что здесь есть движение. А ведь большинство из них приехали из крупных городов — Москвы, Санкт-Петербурга, в том числе. И среди них есть люди, не просто состоявшиеся в профессии, но невероятно интересные. Например, заместитель художественного руководителя Московского театра имени В.В. Маяковского, продюсер, директор двух фестивалей Олег Лобозин. Пока шел конкурс, мы успели выстроить план на семь совместных проектов. Один из них будет реализован уже в марте: наш театр приглашен на международный фестиваль в Уренгой, где будут театры из Японии, Франции, Америки… Разве это не здорово?

Словом, от всех нововведений в региональной культуре я жду хорошего всплеска, который нам давно необходим. Так должно быть, и главное — так будет.

 

Татьяна Захарычева