Ульяновский драматический театр имени И.А. Гончарова

«Аплодисменты» №1, сентябрь 2006 г.

«Аплодисменты» №1
сентябрь 2006 г.

«Аплодисменты» №1, сентябрь 2006 г.

Вырастают крылья!

В небольшом уютном кабинете спокойно проходила серьезная беседа с художественным руководителем театра, лауреатом Государственной премии, народным артистом России Юрием Копыловым. Человек, создающий глобальные проекты на сцене нашего театра, имеющий тонкое и сюрреалистическое мироощущение с глубоким проникновением в проблемы действительности, решающий их в драматургии многопланово и с широким размахом, смотрел на меня спокойным, мудрым и добрым взглядом, располагая к откровенному разговору.


— Юрий Семенович! Изначально в театре Вы были актером. Почему сменили профессию, став режиссером?

— За несколько лет работы на сцене мне не удалось сыграть ни одной интересной для себя роли. Поэтому я решил ставить интересные спектакли.

— С чего обычно начинаете, приступая к новой постановке пьесы?

— С постижения замысла и целей автора пьесы, понятия причины написания драматургом данного произведения, глубокого изучения эпохи происходящих событий, серьезного осмысления фабулы произведения, текста, подтекста и способов приближения главной темы и идеи к современному зрителю, составления планов индивидуальной работы над каждым образом с актерами и т.д.

— А как Вы думаете, что главное в природном даровании артиста: голос, пластика, музыкальность, внешний облик, темперамент, интеллект? Я считаю, что голос, потому что часами могла в детстве слушать по радио цикл передач «Театр у микрофона». Когда я слушала по радио великих актеров, благодаря тембру их голосов, паузам в диалогах и монологах в моем воображении возникали яркие и динамичные картины. Я мгновенно попадала в мир образов, пейзажей и действий, воссоздаваемых звуками в радиоспектакле.

— Старые русские актеры, например, Качалов, считали, что для актера голос — все! Но актер прежде всего — профессия, строящая самого себя из самого себя. Он строит сам себя, максимально используя свои возможности. Необходимо постоянно работать и развиваться. Благодаря высокому мастерству можно компенсировать слабые индивидуальные природные качества. Статичность на сцене сейчас опасна, так что пластика расширяет возможности артиста для раскрытия образа. Пластику необходимо упорно совершенствовать и развивать, а врожденная пластика дает актеру огромные преимущества при создании достоверности на сцене. В Ульяновском драмтеатре я считаю самым пластичным артиста Владимира Кустарникова. За счет необыкновенной пластики он не подражаем и индивидуален.



— Какое место в спектакле Вы уделяете музыке?

— Большое. Шекспировские спектакли «Гамлет» и «Ромео и Джульетта» мы ставили на нашей сцене в двух вариантах: совместно с симфоническим оркестром и как обычный спектакль. Музыка перемещает зрителя в область подсознания, позволяет ему проникать туда, обитать там вместе с эмоциональным и сюжетным ходом. Она усиливает впечатление от игры актеров, дает возможность лучше ощутить эпоху, воссоздаваемую действием, ощутить замысел автора.

— Что нужно для того, чтобы пьеса удалась?

— Наличие таланта и ремесла у каждого участника спектакля плюс доля страсти.

— Я считаю, что русской сцене повезло: она имела выдающих драматургов. Кстати, а как Вы относитесь к Горькому? Я лично считаю, что именно в драматургии Горький достиг наивысших высот в творческой деятельности.

— Да, Островский, Чехов, Горький и многие другие русские драматурги вдохновляют режиссеров всего мира философским размахом, внутренней глубиной образов и проблем, оригинальностью подачи сюжета. Горький — выдающийся драматург. В каждом спектакле горьковской драматургии присутствует внутреннее напряжение и острота восприятия действительности. Пьесы Горького хорошо, грамотно и серьезно построены.

— А какие пьесы Горького Вам больше всего нравятся?

— «Варвары», «Дети солнца».

— На сцене Ульяновского драмтеатра часто ставятся пьесы зарубежных авторов. Для правильного восприятия изначальной идеи зрителем при постановке спектаклей Вы также следуете принципу: игрой актеров максимально приблизить и воплотить замысел драматурга на сцене?

— Да.

— Но существуют национальные особенности, свой менталитет у каждого народа. Общаясь с американцами, я поняла, что они очень хорошие люди, но другие. Что жизненно важно для американцев, часто является второстепенным для российских людей. Если точно следовать драматургии американских произведений, можно не всегда найти ключ к сердцу нашего зрителя?

— Бывает и так...

— Скоро в Ульяновском театре открытие сезона. Вы не хотите рассказать читателям нашего журнала о планах драмтеатра ?

— Открытие сезона будет 23 сентября. На сцене зрителю будет показана комедия Островского «Правда хорошо, а счастье лучше», поставленная московским режиссером Аркадием Фридриховичем Кацем. Режиссером найден необычный ключ к постановке комедии с очень серьезной темой. В спектакле задействованы прекрасные артисты: Б. Александров, В. Кустарников, 3. Самсонова, Е. Редюк, А. Бабичева, молодые актеры Оксана Романова и Денис Верягин. А главное, все кончается счастьем, что очень приятно в наш суетный век. Планируется постановка больших философских спектаклей. Например, трагедия «Король Лир» Шекспира с Борисом Александровым в главной роли. Этим спектаклем мы продолжаем шекспириану на ульяновской сцене. У нас в репертуаре шли и идут шекспировские спектакли: «Ричард II», «Мера за меру», «Гамлет», «Сон в летнюю ночь», «Двенадцатая ночь». Ставить эти спектакли подталкивает само время.

— А как Вы считаете, король Лир поступил правильно?

— Сложно ответить... Он совершил поступок! И люди, приходя в театр, несколько столетий решают каждый для себя: «Прав ли он?» Но это для пьесы не главный вопрос!

— А в чем заключается главный вопрос, поставленный Шекспиром в «Короле Лире»?

— В прозрении. В силу сложившихся обстоятельств король Лир прозревает. Он понимает: «Что же я такое на земле без званий, регалий и привязанностей...».



— Расскажите о Вашем хобби.

— Да нет у меня хобби! Люблю читать. Но есть одна особенность в чтении: читаю несколько книг параллельно. И об одном драматурге редко думаю. Работая над Шекспиром, параллельно размышляю о Булгакове. Ставим пьесу Булгакова «Полоумный Журден», переработанный Булгаковым вариант пьесы «Мещанин во дворянстве». Гений Мольера в этом спектакле, пропущенный через дьявольщину Булгакова, дает очень интересный симбиоз. Странно определение и существование мещанина Журдена, который сходит с ума, страстно желая почувствовать себя человеком другого порядка. Здесь есть редкое соответствие между пьесой Булгакова и Мольера в раскрытии главной темы пьесы.

Если для Шекспира в пьесе «Король Лир» главной темой и целью является стремление сбросить с героя все навязанное, остаться наедине с природой, чтобы ощутить и понять свое Я, приходя в конце концов к смирению, то такой же вопрос, только «наоборот», у героя Мольера «Полоумный Журден». Одеть себя, сделать кем-то, изменив содержание, ощутив себя в желанной роли, под покровом одежд, надеваемых автором на героя.

— Очень редко ставится Гоголь на нашей сцене. Очень веселый автор! Ему удается в пьесе и снять одежды с героя в определенный момент, и в то же время плотно укутать своего героя и сделать неуловимым для зрителя. «Женитьба»... Как смешон и одновременно достоин уважения его главный герой. Или уже нарицательно отрицательный Хлестаков, такой милый и обаятельный на фоне окружающих его персонажей. Он симпатичен каждому, только уже потому, что многие видят неоспоримое сходство его с собой. Все мы в России немного Хлестаковы...

— Ставить Гоголя очень сложно. Больше двадцати лет тому назад на ульяновской сцене был удачно поставлен спектакль «Женитьба». Помню гениальный спектакль «Ревизор» у Эфроса...

— Каково Ваше отношение к театру? Что влечет к нему тысячелетия людей ?

— Наверное, людям необходимо порой уйти в другой мир. И театр им помогает это сделать. Хочется оторваться от реальности, остаться наедине с самим собой.

— То есть духовный наркотик?

— Да! В жизни много страданий, потерь, испытаний... Наблюдая, как зрители идут сопереживать персонажам пьесы на сцене театра, понимаешь, что людям необходимы и этот виртуальный мир иллюзий, и этот духовный наркотик. Они погружают в мир фантазий и мечты. Вы любите мечтать?

— Да! Очень! Мир фантазий порой в моей жизни становится главным. Я — счастливый человек. И, если моим мечтам по какой-то причине не удается осуществиться, то я благодарна уже провидению за то, что мои мечты дали мне возможность пережить незабываемые ощущения мысленно и очень обогатили меня внутренне. После серьезных спектаклей я часто ставлю себя на место сценических героев, размышляя, как бы я поступила на их месте.

— Значит, театр необходим?

— Несомненно! И он, я абсолютно уверена, вечен!!!

Распрощавшись с этим милым, душевным человеком, я выпорхнула с зонтиком под ливень окрыленная, чувствуя, что выросшим за спиной крыльям совершенно не опасна влага дождя. И мысль: «Какое счастье, что в нашем городе есть такой прекрасный драматический театр», - до сих пор не покидает меня, заставляя с нетерпением ждать, как и многих наших читателей, открытия нового театрального сезона.

До встречи в театре, дорогие читатели!