Ульяновский драматический театр имени И.А. Гончарова

Любовь и талант

Народная газета
18 Мая 2016

Всегда с удовольствием смотрю на эту пару - на сцене и за кулисами. Кажется, они никогда не расстаются. Захотелось поговорить - о театре, жизни и любви.
Тем более что и в своих театральных ролях они говорят на те же темы, затягивая и увлекая зрителя.
Они играют в Ульяновском драматическом театре пять лет. Теат-ралы уже ждут появления на сцене Виктора Чукина и Елены Шубенкиной. А между тем не все так гладко и просто было в их профессиональной карьере.
 

Этюд о противоположностях
Елена родилась в городе Бийске, что в Алтайском крае, Виктор - в ГДР, в Карл-Маркс-Штадте. А познакомились они в Свердловском театральном училище.
Виктор: Когда я увидел Лену в театральном училище в первых же этюдах, вопрос был решен для меня сразу. Стало понятно, что это очень талантливый человек. А когда человек талантлив, хочется работать вместе, общаться. Мы жили в большом городе, курсом руководил главный режиссер свердловского театра Александр Соколов, у нас преподавали его актеры. Была атмосфера влюбленности в театр, в артистов, в предполагаемую судьбу, которая, как думалось, будет яркой и интересной. И, конечно, мы с Леной присматривались друг к другу. Все хотели с ней работать, и я в том числе. Потому что, когда есть взаимная симпатия, взаимное уважение, взаимное восхищение - а у нас это было, - многое на сцене рождается. Наш куратор курса даже сказала: «Поехать бы вам вместе в один театр, вам бы цены не было».
- Первый раз разговариваю с мужчиной, который полюбил женщину за талант...
В.: Так часто бывает. Просто у многих два таланта потом не выносят друг друга. А мы вынесли. Лена такая была... Чума! Мы же всегда существуем на противоположностях. Я из семьи военнослужащих, по тем временам это была советская аристократия, где придавалось много значения каким-то условностям: как выглядишь, как преподносишь себя. А Лена из простой рабочей семьи - ей все это было по барабану. И это поначалу шокировало. У нас был разный социально-материальный уровень, и это тоже накладывало определенный отпечаток на отношения. Она поражала своим талантом, внутренней эмоциональностью, яркостью, притом что в жизни Лена очень закрытый человек, ну, в общем, просто так к ней не подойдешь. Но меня увлекала, тянула...
Елена: Ну как бывает в жизни? Вот увидишь раз - и все. И обращаешь внимание только на этого человека. Он действительно был на курсе таким аристократом. Ходил в костюме, водолазке, с дипломатом (в котором была пачка сигарет). И это в театральном училище!
В.: Но вообще-то я пришел из университета, два года учился на инязе, привык так ходить на занятия.
Л.: Знаете, он в молодости очень был похож на популярного американского певца Дина Рида. Прямо вылитый. Правильно сказал Витя - притягиваются противоположности. Когда я поступала в театральный, мастер курса сказал: «Вы бы хоть накрасились, кудри завили, принарядились, чтобы мы посмотрели, какой вы можете быть». А я - с косичкой... Но Витя очень на меня повлиял, стал «лепить» меня, красить, причесывать.
В.: А Лена была похожа на Агнету из «Аббы». Весь курс это поражало. Был у нас очень хороший этюд «Знакомство по брачному объявлению», в котором к простой даме приходил интеллигентный мужчина. Мы расстрогали педагогов, мне даже оценку натянули - поставили четверку.
- В училище вы поженились и уехали в Курган, где проработали 27 лет...
В.: В конце учебы к нам приехали «купцы» из разных театров. Девять человек с курса пригласили в Курганский театр. Поехали только мы вдвоем. Решили: перебьемся там недолго, а потом посмотрим. Главное было - «понюхать» театр. И, на нашу удачу, в Кургане вдруг появляется режиссер из Риги Карл Карлович Марсон. Это другой, какой-то фантастический уровень существования, постановочной культуры. Европа. Театр сразу расцвел. Случилась такая вещь, которая сегодня никого в театре не удивила бы, но тогда это было из ряда вон! Коллектив потребовал на собрании назначить его главным режиссером. Но главное не в этом. Дело в том, что он нами занялся. Поставил на ноги. Сделал из нас актеров. Для нас встреча с ним была поворотным моментом. Через три года Марсон уехал. Но за это время столько интересной работы нам дал. Мы почувствовали себя уверенно. На нас в театре стали рассчитывать. Рано, в 35 лет, в один день стали заслуженными артистами России.
Человек, которому доверяешь
- Актерская ревность в вашей семье присутствует?
В.: Дело в том, что актер-мужчина практически всегда занят в театре больше женщины-актрисы. Лену это никогда не волновало...
Е.: Даже в пьесах больше мужских ролей. Так что хочешь не хочешь - мужчины играют больше. В Кургане Витя был ведущим молодым актером, прыгал из спектакля в спектакль. Женщин же в театре всегда побольше, и у каждой своя ниша. Так что зависти к нему не было.
В.: У нее это в натуре - такой человек по жизни. Поэтому мы вместе столько лет.
Е.: У меня хватало ума понимать: что же я ему буду завидовать, если на него работа валится, а я пока сижу? Были периоды, когда у меня - роль за ролью. Дело ведь не в количестве, а в самой роли.
- Вы способны критиковать друг друга?
Е.: Мы не громим друг друга. Но ведь хочется, чтобы все получалось на сцене. Спрашиваю, когда сомнения или хочется что-то решить для себя в роли: «Вить, подскажи». Он может сказать: «Ты неправильно играешь, потому что...».
В.: Это же работа. А работа требует развития, совершенствования. И кому я еще могу поверить, кому? Когда есть внутренние сомнения, когда хочется понять, почему что-то не случилось на сцене, в роли, обращаюсь к Лене. И хорошо, что есть такой человек, которому я доверяю.
- Елена, ваша героиня Мадлена в «Кабале святош», ее женская трагедия потрясли меня до слез. Откуда вы берете эмоции для такой истории, совсем не похожей на вашу жизнь?
Е.: Нас так научили - идти от себя. Ведь в этой роли нет ничего такого, что мы не могли бы представить или испытать. Я могу представить трагическую потерю, возбудить в себе те ощущения, когда понимаешь, что теряешь самое драгоценное в жизни. У актера такие ощущения должны быть эмоционально заточены. Как сказал поэт: «Над вымыслом слезами обольюсь».
- Любовь на сцене похожа на реальную?
В.: Я не могу влюбиться в другую женщину, если я люблю свою жену.
Е.: На сцене не любовь - это только кажется. Это влюбленность не в мужчину, а в партнера, с которым тебе уютно и удобно играть.
- А зрители завидуют...
Е.: Почему актеры не любят, чтобы зрители знали, что они муж и жена? Скажут, ну, конечно, им легко играть любовь...
В.: А вы думаете, на сцене так просто на виду целоваться-обниматься?
Е.: С другим партнером легче, потому что это всего лишь роль. Для нас вдвойне труднее такие чувства показывать. Это же очень интимные вещи. Мы семью свою всегда отгораживали от работы, от личной жизни.
Театральная пятилетка
В.: О настоящем говорить труднее, чем о прошлом. Мы поменяли свою жизнь в таком возрасте, в котором редко это делают теат-ральные люди. Нас пригласил режиссер, которого мы уважали. Поначалу было непросто. Но мы очень рады, что нас здесь актеры очень хорошо приняли. Первые годы занятость была минимальная. Да, тебя стараются поддержать, уделить внимание. Но представьте: сидеть в чужом городе, в съемной квартире, редко ходить на работу. И думаешь, взвешиваешь: правильно ли ты сделал? Здесь тогда происходило много театральных событий, фестивалей - и мы ушли в театральные впечатления, жадно наполняли свою душу. А потом появилась работа, работа, работа...
Е.: Нравятся все мои роли. Каждая чем-то зацепила. Как без работы сидеть? Когда ты ее получил, ты вложил в нее все, что хотел, «насидел», надумал.
В.: Мне нравится в сегодняшнем сущестовании то, что мы имеем те роли, которые в Курганском театре не могли даже представить. Мы же два заслуженных артиста, ведущие роли играли. Хотя никогда не считали, что в театре находимся на особом положении. А тут все на нас обрушилось. Мы сто лет не играли в сказках! Бывают периоды, когда артист просто должен пересидеть: он взрослеет, меняется репертуар, режиссер уходит - бесполезно переживать. Но причина всегда в тебе самом. Нужно относиться к себе адекватно и с юмором. В этом спасение. Иначе можно сойти с ума.
Е.: Почувствовали, все равно мы здесь свободны, и от этого легче и в жизни, и в профессии. Какую бы роль ни дали - это же работа!
- Дочь не пошла в актрисы?
- Не захотела. Она в шутку говорила, что выросла, как сорная трава под забором, у нас один театр на уме. Всегда мучились, что на нее не хватало времени. Дочь научилась рано читать, сидела, обложившись книгами. Школу окончила с золотой медалью. Сейчас Римма - юрист в Нижнем Новгороде.
- Чем вы можете друг друга удивить?
В.: Очень удивляемся, когда у нас не совпадают мнения по книге или фильму. А на сцене - как Лена удивила меня при первом творческом общении своим талантом, так и удивляет до сих пор. Вот в «Кабале святош» роль сделана, как я говорю, на чистейшем сливочном масле. Когда сидел в зале, только вдохнул и выдохнул от удивления.

Татьяна АЛЬФОНСКАЯ


http://ng73.ru/news/news-24903