Ульяновский драматический театр имени И.А. Гончарова

Берегите швы

Народная газета
05 Октября 2016
Основная декорация - узнаваемая бесцветность больничных стен. Плюс какой-то медицинский анатомический макет в нише. И все выглядело бы совсем заурядно, кабы не огромная кровать по центру сцены, да еще и оснащенная вип-«мигалкой». Сразу интригует вопрос - зачем? Таковы впечатления от первых мгновений нового спектакля Ульяновского драматического театра «Палата бизнес-класса», премьера которого состоялась в минувшее воскресенье.

Надо сказать, что пьесу эту написал современный российский драматург Александр Коровкин. К его развлекательному творчеству коллектив уже единожды обращался - стоит вспомнить постановку прошлого сезона «Тетки в законе». Тогда, несмотря на материал, не ориентированный на эстетствующую публику, получилось достаточно смешно. И, видимо, поэтому, когда театру вновь понадобился репертуарный «антидепрессант», было решено взять уже опробованного на довольно искушенном ульяновском зрителе автора.

Александр Коровкин - драматург известный, актуальный. Если посмотреть на афиши российских театров, то совсем не редко можно встретить на них его фамилию. К тому же Коровкин - и сам актер, поэтому сюжеты его пьес закручены с отличным пониманием механизмов театрального воздействия на зрителя. В них - в популярном изложении - при желании можно найти и образы, знакомые нам по серьезной драматургии. Постоянно встречаются среди его персонажей и люди сцены.

Надо сказать, что Коровкин работает в стиле «бэдрум фарс» - это один из вариантов комедии положений. Непременной составляющей жанра является динамика действа, а вот искать в нем какой-то особенный глубинный смысл, кроме самого зрелища, не стоит. Может быть, именно поэтому режиссер спектакля «Палата бизнес-класса» Максим Копылов так утрировал свою постановку, местами до буффонады. И неожиданно для зрителей подчеркнул в персонажах те самые мотивы архетипичных театральных характеров, доведя их до абсурда (а только так - исключительно с иронией - к этому материалу и можно относиться).

Собственно, режиссерских придумок, всяческих «фишечек» в спектакле немало. Правда, создается впечатление, что уже в начале второго отделения их потихоньку начинает недоставать. Однако используются и эффект немого кино под стробоскопом, и марионеточная, также изрядно преувеличенная индивидуальная пластика каждого из персонажей, и многократно повторяющиеся «говорящие» рингтоны телефонов, а также две «танцующие» больничные кровати (словно метафора хижин и дворцов) - огромная, та, что по центру, для випа, и скромная коечка, для обычного человека, которая все норовит как-то пристроиться к большой, и еще много чего. Пожалуй, самый колоритный из героев - театральный актер в исполнении дебютанта труппы Николая Авдеева, разговаривающий практически только цитатами из классики (кстати, в пьесе этого нет). На любой случай они у него находятся: что наша жизнь - игра?.. Хоть викторину со зрителями проводи по окончании действа - кто сколько первоисточников признал…

Но не только самоирония по отношению к зависимой природе существования коллег по цеху есть в спектакле. «Они у нас воруют, а мы у них, восстанавливая социальный баланс, - вещают со сцены персонажи. - Томограф вынесли, запасной выход заварили». Создатели постановки улыбаются и над российским чиновничеством - его олицетворяет попавший в больницу с пикантным недугом состоятельный руководитель Виктор Разницкий (артист Марк Щербаков), и отчасти даже над здравоохранением. Есть здесь и обманутая жена нечистого в бизнесе и быту босса (Оксана Романова), и юная любовница (Татьяна Денисенко) с вечно хныкающим мужем-рогоносцем (Сергей Чиненов), и всеобщая благодетельница - медсестра (Кристина Каминская). Отдельного упоминания заслуживают костюмы, которые с фантазией раскрывают характеры своих «масок» - чиновник облачается в осовремененные боярские одежды, бухгалтер почти подметает полы нелепыми удлиненными нарукавниками, медсестра порхает туда-сюда со шлейфом вроде крыльев за спиной.

Хотя в полном смысле хэппи-энда, свойственного комедиям положений, как в пьесе-оригинале, тут нет. Нет традиционной финальной сцены, где полностью выясняется вся правда и все друг друга прощают. Нам как бы говорят: бытие нашего общества подобно скрытой болезни главного героя, от которой вроде и не умирают, и все для счастья, на первый взгляд, есть, но как будто перевернуто с ног на голову, и терпится только до тех пор, пока не лопнули швы. И вообще жизнь у нас происходит зачастую, в общем, через… не то место. Как в одной дорогой палате с ее странными обитателями. Создатели спектакля, безусловно, справившиеся с не самой простой задачей сохранить высокую планку театральности, оставляют нам открытый финал, не только «выкрутив» из материала все возможно существенное, но и привнеся свое. «Социальный баланс» соблюден, а «запасной выход» есть всегда… правда, иногда бывает заварен.

Александр ФИЛАТОВ