Ульяновский драматический театр имени И.А. Гончарова

Станислав Железкин: "Ульяновцы должны гордиться своими актёрами"

Ульяновская правда
03 Февраля 2017

Станислав Железкин: "Ульяновцы должны гордиться своими актёрами"

Завтра, четвертого февраля, в Ульяновском драматическом театре им. И.А. Гончарова состоится премьера спектакля «Вторая смерть Жанны Д’Арк».
В преддверии спектакля «Ульяновская правда» поговорила с режиссером-постановщиком, народным артистом России, художественным руководителем Мытищинского театра кукол «Огниво», лауреатом Национальной театральной премии «Золотая маска» Станиславом Железкиным.
 

- Станислав Федорович, с чем связан ваш выбор пьесы болгарского драматурга Стефана Цанева?
- Эта пьеса была написана очень давно. И она шла в нескольких театрах в России. Но на родине автора была запрещена. После написания этой пьесы Стефану запретили работать в столичных театрах. И он переехал работать в Пловдив. А с Пловдинским театром кукол я был знаком. И они как-то пригласили нас к себе на фестиваль. Там мы и встретились со Стефаном Цаневым. Я тогда еще не знал уровень его величайшего влияния на болгарский народ, на общественную деятельность. Не знал, что он драматург с жизненной позицией, с которой, несмотря ни на что, не сворачивал. К моему большому сожалению, я тогда не придал большого значения нашей встрече. Позже, прочитав о нем, я понял, какая это личность. А личностью может быть только тот, кто не боится говорить правду, не лжет, художник-творец, который назначает свидания с собственной совестью. Вот к этой категории и относится Стефан Цанев.
- У Цанева достаточно много произведений, но вы выбрали именно про Жанну Д’Арк.
Почему?

- И почему «Вторая смерть»? Цанев избрал драматургический ход: актрису бродячего театра осуждают на смерть за блуд, но если она сыграет Жанну Д’Арк с другим финалом, отрекаясь от своих идеалов, признает, что она пошла против церкви, то, возможно, ей сохранят жизнь, что дает повод ей спастись, то есть спасти себя ради предательства Жанны Д’Арк и ради предательства ее подвига. И она согласилась на это. Но в финале она вдруг говорит, что не сможет ради спасения своей жизни предать Жанну, предать Францию, предать революцию. И это доводит трагифарсовую ситуацию до высочайшей трагедии благодаря, конечно, всему актерскому ансамблю и, прежде всего, исполнительнице роли Жанны.
- Кто ее исполняет?
- Грандиозная актриса Юлия Ильина - прима театра. Роль Бога играет выдающийся мастер, заслуженный артист России Владимир Петрович Кустарников, Марк Александрович Щербаков - в роли палача. Я счастлив, что директор театра Наталья Александровна Никонорова, несмотря на занятость в репертуаре этих артистов, все сделала, чтобы мой выбор был удовлетворен. С этими артистами не знаю каким надо быть режиссером, чтобы завалить спектакль. Они вытянут постановку в любом случае.
- Что было самое сложное во время постановки?
- Самое сложное в репетиционном процессе было состыковать не стыкующиеся вещи: трагедию и фарс. Вы представляете: на сцене комедийная ситуация - и вдруг идет перевертыш и доводит все до высочайшей трагедии. Поверьте мне, я сам много десятков лет работаю в театре, в том числе и как актер, и знаю, что это чрезвычайно сложно. Нервное состояние артиста доходит до натянутой струны скрипки: вот-вот-вот… Я несентиментальный человек, но у меня слезы наворачиваются, когда смотрю игру этих актеров… Думаю, что ульяновцы должны гордиться своими актерами. Я смотрел многие спектакли в Ульяновске, здесь и удивительные зрители. Вечная память Копылову, который собрал такую труппу. Здесь столько народных и заслуженных артистов! Такой высочайшей игрой может похвастаться не каждый театр, даже столичный! Я завидую вашему зрителю и радуюсь за него. И когда заходишь в театр, сразу видишь, что часовой механизм всех служб работает точно и слаженно, конечно, благодаря директору. Сам как директор театра удивляюсь, как можно этого добиться. И я все же нашел ответ, почему у вас все так замечательно. Я работаю в Ульяновском театре 20 с небольшим дней с утра до вечера, и главу региона дважды видел в театре.
- Вы думаете, только из-за этого у нас театр такой замечательный?
- Не только из-за этого, а из-за этого тоже. И нашлось же время у губернатора
Сергея Морозова дважды за три недели посетить театр! Вот он, часовой механизм! Считаю, что не зря ваш губернатор удостоен театральной «Золотой маски». Ведь только два губернатора в стране имеют «Маски». И у меня все сомкнулось: не посещая театр, он не знал бы о его проблемах, бедах и заботах. Ни один губернатор не нашел средства, чтобы отправить на отдых театральных деятелей, художников, а он нашел. Это его позиция как первого лица региона. Он знает, что статус области, города, каким бы он ни был, определяется по состоянию профессионального театра. И не по какому другому! А работать профессиональный театр профессионально без поддержки первого руководителя не будет. Поверьте мне, я 50 лет работаю в театрах в разных регионах страны. Я знаю, что это такое.
И, конечно, ничего бы не получилось без вашего замечательного зрителя. Как-то Константин Райкин сказал: «Я на всех своих творческих вечерах выхожу и первое, что говорю: «Здравствуйте, зритель!», и понимаю, есть в этом городе профессиональный театр либо нет его».
- Оформлением спектакля занимался главный художник Ульяновского театра кукол Дмитрий Бобрович. Это правда, что для изготовления костюмов использовались самые современные технологии?
- Я бы не акцентировал внимание только на костюмах, Дмитрий создал атмосферу спектакля. Для меня самое сложное - это созданная им конструкция спектакля, которая во время действия трансформируется: то в камеру, то в эшафот и так далее. И все это на глазах у зрителей. Мне крупно повезло с ульяновским художником Бобровичем, в последние годы я работал с ним над многими спектаклями. Это большой художник, он не заштампованный театральными канонами. И он идет напропалую. Я ему иногда говорю: «Дмитрий Сергеевич, в пьесе это же не написано!». А он мне говорит: «Вот так пошла у меня рука». А когда он задает вопрос по пьесе, я ему в пику отвечаю: «Подожди, Дим, я же еще пьесы не дочитал, а уже выпускаем спектакль».
Когда-то Образцов сказал: «Двигатель необычного в искусстве могут только сделать дилетанты». Дмитрий - дилетант, хотя и мастер высочайшего уровня. Дилетант - это не значит, что он пришел с улицы. У него нет профессиональной зашоренности. При его удивительной скромности он нагло врывается в обойму театральных художников России со своим видением, и его не свернешь с этого пути. Иметь такого художника - большая удача для Ульяновска.
- С актерами Ульяновского драматического театра вы работаете впервые?
- Да. Кроме Кларины Ивановны Шадько, народной артистки России. Мы с ней познакомились во время постановки «Пиковой дамы» в Ульяновском театре кукол. Мне нужна была актриса-личность, которая бы одна работала в живом плане, а остальные - с куклами. Она прошла тайну трех карт! Я был очарован ей. Ей не нужно доказывать, что она Мастер. А она Мастер высочайшего уровня. И ее Мастерство не принадлежит только Ульяновску. Она - гордость театральной России, о чем свидетельствуют театральные награды и признание театрального сообщества. Уважаемые ульяновцы, когда по улице идет скромная Кларина Ивановна, поклонитесь ей в ноги за то, что благодаря своим ролям и мастерству заставляла вас задуматься о жизни, смеяться, плакать. Она говорит сейчас, что жизнь прекрасна, и никогда не делайте ошибок, которые делали ее персонажи. Она была и остается горящей живой свечой для нескольких поколений ульяновцев. Дай бог ей многолетия царствовать на сцене! Она служит театру, и она знает, что артист-творец не имеет права отвечать на вопрос в своем творчестве, как ты живешь на земле. Она заставляет думать, зачем ты живешь на земле, что ты оставишь после себя. И она это делает ненавязчиво, не педалируя. Она знает главную ценность человечества.
- Почему спектакль покажут на Малой сцене?
- Такова тональность постановки. Я бы хотел, чтобы она была на разрыв аорты. Только в таком зале эмоции пробивают именно в этой пьесе. Когда вот это все взрывное, но говорится шепотом. И тогда ты ведешь напрямую диалог со зрителем.
Ведь зрители приходят в театр за эмоциями. Они могут не соглашаться, но если не будет эмоционального воздействия живого театра, то это лишь созерцание. Такой театр не для меня. Для меня важны эмоции. Надо вести диалог со зрителем, в споре. Я очень волнуюсь, как пройдет премьера, но надеюсь, что зритель не уйдет равнодушным со спектакля.

Ирина Антонова